ТАЙНЫ СЕМИ ТЕЛ И СЕМИ ЧАКР

Во вчерашней беседе Вы сказали, что искателю в первую очередь следует беспокоиться о собствен¬ной восприимчивости, что ему не следует ходить с протянутой рукой от двери к двери. Но само слово «садхак» подразумевает, что на пути духовного роста имеются препятствия. Ему не известно, как быть восприимчивым. Неужели так трудно встретить правиль¬ного проводника и руководителя?

Искать и просить — разные вещи. В действительности просит тот, кто не хочет искать. Просить и искать — разные, противоречащие друг другу понятия. Стремящийся избежать поиска, просит. Процесс поиска и процесс просьбы в корне отличаются друг от друга. При просьбе внимание концентриру¬ется на другом — дающем; при поиске внимание сосредоточено на самом себе — получателе. Говоря, что на пути духовного роста имеются препятствия, мы имеем в виду, что препятствия есть в самом медитирующем. Путь тоже пролегает внутри, поэтому понять собственные препятствия не так трудно, как кажется. Необходимо подробно объяснить, какие препятствия могут встретиться и как их можно преодолеть.
Вчера я рассказывал о семи телах. Кроме них существует еще и семь чакр — энергетических центров, связанных с соответствующими телами. Чакрой физического тела является муладхара. Первая чакра имеет две возможности. Первая природная потенциальность дается нам с рождением; вторая возможность достигается при помощи медитации.
Базовой природной возможностью этой чакры является сексуальное желание физического тела. Самый первый вопрос, зарождающийся в уме ищущего, — что делать в отношении этого центрального принципа. Есть и вторая возможность муладхара-чакры, достигаемая посредством медитации, — брахмачарья, целибат. Секс — природная возможность, брахмачарья же — его трансформация. Чем больше ум сфокусирован и захвачен сексуальным желанием, тем труднее будет достичь конечного потенциала брахмачарьи.
Это дает нам возможность двояко использовать данную природой ситуацию. Мы можем жить в данных природой усло¬виях — но тогда процесс духовного роста не может начаться, — либо мы трансформируем сложившееся положение вещей. Единственная опасность пути трансформации в том, что мы можем начать бороться с природным центром.
Какова реальная опасность на пути ищущего? Первое препятствие таково, что, если медитирующий вовлечен только в естественный ход вещей, он не может достичь конечных возможностей физического тела, и застревает в начальной точке. С одной стороны, существует потребность; с другой стороны, имеется подавление, вызванное борьбой медитирующего с сексуальным желанием. Подавление является препятствием на пути медитации. Таково препятствие первой чакры. Трансформация путем подавления невозможна.
Если подавление является препятствием, то каково же решение? Эта проблема разрешима при помощи понимания. По мере понимания секса начнется внутренняя трансформация. Этому есть причины. Все природные элементы слепы и неосоз¬нанны внутри нас. Если мы начинаем осознавать их, происходит трансформация. Осознанность алхимична; элемент осознаннос¬ти приносит изменение и трансформацию. Если человек со всей полнотой чувств и полным пониманием поворачивается к своим сексуальным желаниям, внутри него на месте секса начинает зарождаться брахмачарья. Трудно работать над потенциалом других центров, пока не достигнута брахмачарья первого тела.
Эфирное тело, как я уже говорил, является телом эмоций. Второе тело связано со свадхистхана-чакрой. Здесь также имеется две возможности. Природным потенциалом является страх, ненависть, гнев и насилие. Эти условия наследуются нами от природы. Если человек останавливается на второй чакре, тогда прямо противоположные условия трансформации
— любовь, сострадание, бесстрашие, дружелюбие — не проис¬ходят. Препятствиями второй чакры на пути медитации являют¬ся ненависть, гнев и насилие, трансформировать которые просто необходимо.
Здесь повторяется та же ошибка. Один человек может дать ход своему гневу, другой подавляет его. Один может просто бояться: другой, подавляя страх, выказывает чудеса мужества. Но ни то, ни это не ведет к трансформации. Если есть страх, его следует принять; бессмысленно прятать или подавлять ею. Если имеется внутреннее насилие, какой смысл прикрывать его лозунгами о ненасилии. Выкрики таких лозунгов не принесут внутреннего изменения. Агрессия так и останется агрессией. Таковы условия второго тела, данные нам природой. Они преисполнены смыслом так же, как и секс наполнен значением. Только через секс возможно рождение физического тела. Преж¬де чем исчезнет одно тело, природа заранее беспокоится о появлении нового.
Страх, насилие, ненависть просто необходимы для второго плана; иначе человек не сможет выжить и защитить себя. Страх защищает его, гнев вовлекает в борьбу против других, насилие помогает спасти себя от насилия других. Все это является качествами второго тела, необходимыми для выживания, но обычно мы останавливаемся на этой стадии и не идем дальше. Если человек понимает природу страха, он становится бес¬страшным; понимая природу насилия, он достигает ненасилия. Подобно этому, понимание гнева дает развитие способности всепрощения.
На самом деле гнев — одна сторона монеты, прощение — вторая. Обе прячутся друг за другом, но монета все равно переворачивается. Если мы полностью изучили одну сторону, вполне естественно, что нам интересно узнать содержание и второй стороны — и монета переворачивается. Если же мы прячем монету, делая вид, что в нас нет страха, нет насилия, нам никогда не узнать, что такое бесстрашие и ненасилие. Принимающий наличие внутреннего страха и полностью иссле¬дующий его вскоре достигнет такого места, где ему захочется узнать, что же скрывается позади страха. Любопытство придаст ему сил взглянуть на вторую сторону монеты.
Как только монета перевернется, он станет бесстрашный.
Точно так же и насилие трансформируется в состраданье. Таковы потенциалы второго тела. Медитирующему следует трансформировать данные природой качества. А для этого нет
необходимости спрашивать у других; нужен лишь внутренний поиск, спрашивать следует самого себя. Всем известно: гнев и страх являются помехами — разве трус может отправиться на поиски истины? Он, как нищий, станет просить истину; он возжелает получить ее от других, только бы не отправляться на неизвестные территории.
Третье, астральное тело также имеет два измерения. Изна¬чально третье тело крутится вокруг сомнений и размышлений. При трансформации сомнение превращается в веру, размышле¬ния становятся вивек, осознанностью. Если сомнения подавлять, невозможно достичь шраддхи, веры, доверия, хотя нам упорно советуют подавить все сомнения и поверить на слово. Подавля¬ющий сомнения никогда не достигнет веры, потому что сомне¬ния, хотя и подавленные, все же присутствуют. Они будут изнутри съедать вашу витальность. Слепая вера появилась вследствие страха перед скептицизмом. Следует понять качест¬во сомнений, прожить которые во всей полноте просто необхо¬димо. Тогда однажды наступит такой момент, когда мы начнем сомневаться по поводу самого сомнения; именно в такой момент рождается вера, истинное доверие.
Невозможно достичь ясности и проницательности без ис¬пользования процесса мышления. Есть люди не думающие, есть и те, кто поощряет их к этому. Они говорят: «Не думай; оставь все мысли». Прекращающий мыслить ввергает себя в невежес¬тво, полагаясь на слепой случай. Это никак нельзя назвать ясностью. Мощь проницательности достигается только после прохождения через тончайшие процессы мышления. Каково же значение вивек, проницательности, умения разбираться? В мыс¬лях всегда присутствует сомнение, нерешительность. Поэтому те, кто думает слишком много, никак не могут принять решение. Только выйдя из колеса мыслей, возможно прийти к какому-то решению. Решение приходит в состоянии ясности, проницатель¬ности, находящейся за пределами мыслей.
Мысли не имеют никакой связи с решением. Обуреваемый мыслями человек никак не может решиться на что-либо. Вот почему иногда получается, что люди, в чьей жизни мысли не играют особой роли, крайне решительны, в то время как много думающие крайне нерешительны. Те, кто не думает, идут вперед и делают то, что задумали, по той простой причине, что в них не происходит мыслительный процесс, порождающий сомнения.
Догматики и фанатики очень активны и энергичны; в них не возникает вопроса о сомнениях — они вообще не думают! Если им кажется, что мира можно достичь только после убийс¬тва тысячи человек, они не успокоятся, пока не доведут дело до конца. Они не останавливаются, чтобы подумать о своих дейс¬твиях, поэтому с их стороны нет и следа нерешительности. Думающий же человек, напротив, будет продолжать думать, вместо того чтобы принять решение.
Если мы закроем свою дверь из-за страха перед мыслями, то останемся наедине со слепым случаем. Это очень опасное препятствие на пути медитирующего. Необходима осторожность и ясные, твердые мысли, позволяющие нам принять решение. Таков смысл вивек: ясность, осознанность. Вивек означает, что сила мысли достигла своего предела, что мы прошли менталь-ный процесс в таких подробностях, что все сомнения проясни¬лись. Теперь осталось только чистое решение в своей сути.
Соответствующая третьему телу чакра называется манипура, качествами которой являются сомнение и вера. Вера явля¬ется трансформацией сомнения. Но помните, вера не является противопоставлением сомнению. Вера — это чистейшее и пре¬дельное развитие сомнения. Это конечный предел сомнения, где теряется даже сомнение, начиная сомневаться в самом себе, совершая, таким образом, самоубийство. Только тогда рожается истинная вера.
На четвертом уровне находится ментальное, или психичес¬кое тело, которому соответствует анахата-чакра. Природными качествами этого плана являются воображение и сон. Наш ум только этим и занимается: воображает, мечтает и спит. Днем и ночью он видит сны. Если воображение развивается во всей своей полноте, оно становится решительностью, волей. Разви¬тое до предела сновидение трансформируется в видение — психическое видение, прозрение. Если способность человека видеть сны, развита полностью, стоит ему только закрыть глаза, как он начинает видеть вещи. Тогда даже стена не является для него преградой. Сначала ему только кажется, что он способен видеть сквозь стену, впоследствии он действительно видит вещи насквозь. Сначала он может только предполагать, о чем вы думаете, но после трансформации он видит ваши мысли. Видение означает, что человек может видеть и слышать без использования обычных органов восприятия. Ограничения вре¬мени-пространства перестают существовать для человека, раз-вившего видение.
Во сне вы совершаете далекие путешествия. Если вы в Бомбее, то можете побывать в Калькутте. В видении вы тоже путешествуете, но с одной разницей: во сне вы воображаете, что отправились далеко, в то время как в видении вы действи¬тельно перемещаетесь. Четвертое, психическое тело на самом деле присутствует там. Вследствие незнания предельных воз-можностей четвертого тела современное человечество отброси¬ло за ненадобностью древнюю концепцию сна. По представле¬ниям древних, одно из тел человека отделялось во время сна и отправлялось в путешествия.
Сведенборга называли сновидящим. Он говорил, что рай и ад существуют только во снах. Но однажды во сне он закричал: «На помощь! Мой дом в огне». Прибежали люди, но пожара не было. Разбудив Сведенборга, они заверили его, что это всего лишь сон, что ничего не горит. Однако он продолжал настаи¬вать, что его дом, находящийся в трехстах милях, загорелся. Через два или три дня пришло сообщение об этом несчастье. Его дом сгорел дотла именно в то время, когда он во сне звал на помощь. Это уже не сон, а видение. Расстояния в триста миль, как ни бывало. Этот человек свидетельствовал происходящее в трехстах милях от того места, где находилось его физическое
тело.
В наши дни ученые соглашаются с огромными возможнос¬тями четвертого тела. После выхода человека в открытый космос исследования в этом направлении приобрели огромное значение. Остается фактом, что невозможно полностью пола¬гаться на доступные человеку приборы и приспособления. Если радиосвязь на космическом корабле выйдет из строя, космонав¬ты навсегда потеряют связь с Землей. Они не смогут сообщить свое местоположение и рассказать, что с ними происходит. Поэтому современные ученые стремятся к развитию телепатии и видения четвертого тела, чтобы исключить подобный риск, Если бы космонавты могли напрямую общаться при помощи телепатии, это было бы частью развития четвертого тела. Тогда космические путешествия стали бы безопасными. В этом нап¬равлении ведется большая работа.
В тридцатых годах нашего века человек отправился на покорение Северного полюса. Экспедиция была снабжена всем необходимым для беспроволочной связи. Было сделано и еще одно приготовление, о котором умалчивали до недавнего време¬ни. Человека с развитым четвертым телом попросили держать связь с одним из исследователей. Самым удивительным было то, что во время плохой погоды, когда радиосвязь не действовала, телепат без особого труда получал сообщения. При последую¬щем сравнении записей в дневнике обнаружилось, что от вось-мидесяти до девяноста пяти процентов полученных таким обра¬зом сообщений оказались верными, в то время как радиосооб¬щения не были доступны в семидесяти пяти процентах случаев, Как в России, так и в Америке проводится огромная работа по телепатии, ясновидению, чтению мыслей. Все это является возможностями четвертого тела. Сон — это качество, данное нам природой; видение истины, реальности — вот предельная возможность.
Пятая чакра называется вишуддха, она расположена в районе горла и соответствует пятому, духовному телу. Первые четыре тела и соответствующие им чакры были разделены на две части. Подобная дуальность заканчивается с переходом в пятое тело.
Как я уже говорил, разделение на мужское и женское существует вплоть до четвертого тела включительно. При близком рассмотрении, любая дуальность сводится к различию между мужским и женским. В точке, где больше нет расстояния между мужским и женским, прекращает существование и дуальность. Пятое тело недуально. Оно обладает единственной воз¬можностью.
Именно поэтому здесь медитирующему не придется прик¬ладывать особых усилий, ведь в данном случае не нужно развивать противоположность; сюда нужно просто войти. Ко времени достижения четвертого тела мы развиваем такие способности и силу, что выход на пятый уровень становится достаточно легким. Какое же различие между достигшим пятого уровня, и не достигшим? Достигший пятого уровня полностью избавлен от неосознанности. Даже по ночам он не спит по-нас¬тоящему. Вернее, спит только его тело; некто внутри постоянно бодрствует. Поворачивается ли он во сне, натягивает на себя одеяло или, наоборот, раскрывается, внутренний свидетель знает об этом. Осознанность такого человека не ослабевает во сне; он пробужден все двадцать четыре часа в сутки. Состояние же не достигшего пятого уровня сознания прямо противополож¬но. Во сне он спит, и в часы бодрствования один из его уровней продолжает спать.
Возвращаясь вечером после работы, вы поворачиваете к дому налево, у ворот вы нажимаете на тормоз. Не стройте иллюзий, будто вы проделываете подобные действия осознанно. Все происходит неосознанно, в силу давней привычки. И только в определенные моменты, в минуты особой опасности мы дейс¬твительно становимся бдительными. Когда опасность настолько велика, что невозможно позволить себе недостаток осознаннос¬ти, мы пробуждаемся. Например, если к вашему горлу приста¬вят нож, вы мгновенно прыгнете в осознанность. Кончик ножа в мгновение ока приведет вас к пятому телу. За исключением таких вот редких мгновений всю свою жизнь мы проводим в состоянии сомнамбулизма.
Ни жена, ни муж не видят по-настоящему лица друг друга. Если муж попытается визуализировать лицо жены, попытка не удастся. Черты ее лица начнут расплываться, трудно будет сказать, то ли это лицо, на которое он смотрел в течение последних тридцати лет. Вы никогда не видите, потому что для этого необходима внутренняя пробужденная личность.
Кажется, что в бодрствующем состоянии мы видим, однако на самом деле это не так, потому что внутри мы спим и видим сны, все происходит в состоянии сна. Вы гневаетесь, а потом говорите: «Даже не знаю, почему я разозлился, я вовсе этого не хотел». Вы говорите: «Прости меня! Я не хотел быть грубым, слова просто сорвались у меня с языка». Вы используете ругательства, а затем отрицаете свое намерение оскорбить. Преступник всегда говорит: «Я не хотел убивать. Это произошло вопреки мне». Это является еще одним доказательством того, что мы действуем как автоматы. Мы говорим то, что говорить не хотели; делаем то, что не входило в наши намерения.
Вечером мы клянемся, что проснемся в четыре часа утра. Утром же, после звонка будильника, мы переворачиваемся на другой бок, говоря, что нет никакой необходимости вставать так рано. После пробуждения в шесть утра нас переполняют угры¬зения совести, и мы вновь клянемся завтра встать в четыре утра. Странно, что человек утром возвращается к решению, принято¬му вечером. В шесть часов утра он отменяет решение, принятое в четыре, до вечера он еще не раз передумает. Такие решения, такие мысли приходят к нам в состоянии сна. Они похожи на сны: расширяются, а затем лопаются, как мыльные пузырь. За ними нет пробужденной личности, бдительной и осознанной.
До достижения духовного уровня естественным состоянием является сон. Человек является сомнамбулой до проникновения в пятое тело, качество которого — пробуждение. Следователь¬но, после развития четвертого тела, индивидуума можно назвать буддой, пробужденным. Такой человек не спит. Гаутаму Сиддхартху назвали Буддой после достижения им пятого уровня созна-ния. Гаутама Будда означает Пробужденный Гаутама. Гаутама — имя спящего человека — постепенно исчез, остался только Будда.
Такое различие возникает после достижения пятого уровня. До этого нашим поступкам доверять нельзя, так как они совершаются в бессознательном состоянии. Мужчина клянется женщине в вечной любви, но через несколько минут, он с трудом сдерживает желание придушить ее. Блаженство, обещанное им до конца жизни, недолговечно. Нельзя винить этого беднягу. Какова цена обещания, данного во сне? Во сне я могу пообе¬щать дружбу до гроба. Сколько стоит подобное обещание? Утром я стану все отрицать, потому что это был лишь сон.
Нельзя доверять спящему. Наш мир — мир спящих людей; отсюда столько разочарований, столько ссор и конфликтов, такой хаос. Все это дело рук спящего человечества.
Следует знать и еще об одном отличии пробудившегося человека от спящего. Спящему человеку неизвестно, кто он такой, поэтому он постоянно пытается показать другим, что он
то или это. Таково стремление всей его жизни. Тысячами способов он пытается утвердиться. Иногда он взбирается по политической лестнице и заявляет: «Я такой-то и такой-то». Иногда он строит дом и демонстрирует свое благосостояние, либо покоряет вершину горы, демонстрируя силу и ловкость. Любым способом он пытается самоутвердиться. Такими попыт¬ками человек неосознанно хочет выяснить, кто же он есть на самом деле. Он не знает себя.
Пока четвертый уровень не преодолен, вопрос остается без ответа. Пятое тело называется духовным, потому что здесь вы получаете ответ на вопрос: «Кто я?» На этом уровне раз и навсегда пропадают позывы «я»; человек немедленно перестает считать себя чем-то особенным. Если такому человеку сказать: «Ты такой-то и такой-то», он рассмеется. Теперь с его стороны больше нет утверждений, потому что теперь он знает. Потреб¬ность самоутверждения исчезает, потому что теперь знание себя становится доказанным фактом.
Конфликты и проблемы индивидуальности прекращают су¬ществование на пятом уровне. Но и здесь имеются свои препят¬ствия. Вы приходите к познанию самого себя, само это знание преисполняет вас таким блаженством, что вы можете прекра¬тить путешествие. Вы можете отказаться от дальнейшего поис¬ка. Все предыдущие препятствия были помехами боли и страда-ний; теперь же препятствием становится само блаженство. Пятый уровень столь блажен, что вам может не хватить мужес¬тва продолжить поиск. Поэтому достигший пятого уровня дол¬жен сохранять особую бдительность, чтобы не отождествиться с блаженством, мешающим дальнейшему продвижению. Здесь блаженство раскрывается во всей своей полноте. Познавший себя человек переживает глубинную трансформацию. Но это еще не все; следует идти дальше.
Боль и страдание не могут быть таким мощным препятствием, каким является радость и блаженство. Трудно было поки¬нуть толпу и суматоху базара, в тысячу раз труднее оставить сладкоголосую музыку храма. Вот почему многие медитирую¬щие останавливаются на атма-гиян, самореализации, и не поднимаются к Брахма-гиян, переживанию Брахмана.
В этом блаженстве следует быть очень бдительным. Здесь усилия направляются на то, чтобы не потеряться в блаженстве Оно притягивает нас к себе, затопляет, полностью растворяет нас. Не позволяйте себе раствориться, помните, что это тоже лишь переживание. Стойте в стороне, оставайтесь свидетелем. Пока есть переживание, есть и препятствие: предел еще не достигнут. В конечном состоянии переживания исчезают. Радос¬тям и печалям приходит конец, то же происходит и с блаженс¬твом. Однако наш язык не идет дальше этой точки. Вот почему мы описываем Бога как сат-чит-ананду — истину-осознанность-блаженство. Это не форма Высшей сущности, но то предельное, что можно выразить словами. Блаженство — наивысшее выражение человека. Дальше пятого плана слова не идут. Но о самом пятом уровне сознания можно сказать: "Там есть блаженство, пробужденность, самореализация». Все это можно описать.
Следовательно, вокруг остановившихся на пятом теле, не возникнет никакой тайны. Их разговоры звучат вполне научно, потому что реальность тайн лежит за пределами этого уровня. До пятого плана все понятно. Я верю, что рано или поздно наука впитает в себя религии, идущие до пятого тела, потому что наука может достичь атмана.
Когда ищущий отправляется в путь, он в основном ищет блаженства, а не истину. Измученный страданиями и беспокойством человек отправляется на поиски блаженства. Поэтому такой человек определенно остановится на достижениях пятого уровня, поэтому я и говорю, что искать следует истину, а не блаженство. Тогда вы не задержитесь здесь надолго.
Тогда возникает вопрос: «Есть ананда: это очень хорошо. Я познал самого себя: это тоже хорошо. Но это только листья и цветы. А где же корни? Я знаю себя, я блажен, но откуда я возник? Где мои корни? Откуда я пришел? Где глубины моего существования? Из какого океана поднимается моя волна?»
Если вы стремитесь к истине, вы отправитесь за пределы пятого тела. Следовательно, с самого начала следует искать истину, а не блаженство; иначе путешествие будет легким до пятого уровня, на котором вы и остановитесь. Если же вы ищете истину, то вопроса об остановке даже не возникнет.
Итак, препятствием пятого тела является неизмеримое блаженство, испытываемое здесь, — блаженство еще большее вследствие того, что мы приходим из мира, в котором нет ничего, кроме боли, страданий, беспокойства и напряжений. Достигая храма блаженства, мы переполняемся желанием зак¬ружиться в экстазе, затонуть, раствориться в блаженстве. Но это не то место, в котором можно потеряться. Такое место еще встретится, но тогда вам не нужно будет терять себя, тогда вы просто потеряетесь. Между «потерять себя» и «потеряться» существует огромная разница. Иначе говоря, вы достигнете такого места, в котором при всем желании вы не сможете сохранить себя. Вы увидите, как вы теряетесь, но сделать ничего не сможете. И все же на пятом уровне вы можете потерять себя. Ваши усилия, ваши стремления здесь еще существуют — несмотря на то, что, на этом уровне эго безвозвратно умерло, я-есть по-прежнему присутствует. Следовательно, необходимо уяснить разницу между эго и я-есть.
Эго, ощущение «я» умрет, но ощущение «есть» останется. В этой фразе присутствуют два элемента «я» — эго и «есть» — асмита, ощущение сущности, бытия. Находясь на этом уровне, медитирующий может заявить: «Существует бесконечное коли¬чество душ, каждая из них отдельна и отлична». На этом плане медитирующий переживает присутствие множества душ, потому что остается ощущение «есть», ощущение бытия, которое явля¬ется причиной чувства оторванности и отдельности. Если ум охвачен стремлением к истине, то препятствие блаженства вполне преодолимо — бесконечное блаженство становится уто¬мительным и скучным. Один и тот же напев быстро надоедает.
Однажды Бертран Рассел шутливо заметил: «Меня не привлекает освобождение, говорят, там нет ничего, кроме бла¬женства. Сплошное блаженство слишком монотонно — блажен¬ство, блаженство и ничего кроме блаженства. Если нет ни единого намека на несчастье — ни беспокойства, ни напряже¬ния, — как долго можно вынести такое блаженство?»
Препятствием пятого тела является возможность затеряться в блаженстве. Преодолеть его крайне трудно. Иногда на это уходят многие жизни. Первые четыре шага не представляют особой трудности, но пятый шаг требует большого усилия.
Может потребоваться множество жизней, чтобы наскучило блаженство, чтобы устать от себя, от атмана.
До пятого тела человек стремится отделаться от боли, ненависти, насилия и желаний. На пятом уровне поиск направ¬ляется на потерю своей самости, сущности. Существуют две вещи: свобода от чего-то — эта задача решается на пятом уровне — и свобода от себя. Именно здесь начинается абсолют¬но новый мир.
Космическому, шестому телу соответствует аджна-чакра. Здесь нет дуальности. Переживание блаженства достигает пика напряжения на пятом уровне, переживание существования, бытия — на шестом. Теперь утрачивается и асмита. «Я» теряется на пятом уровне, «есть» уходит, как только вы пере¬сечете пятое тело. Но существование, татхата, таковость, будет ощущаться вами. Останется только то, что есть, что существует. Здесь будет восприятие, ощущение реальности, бытия — восприятие сознания. Но здесь сознание свободно от самости, теперь это больше не мое сознание. Просто сознание, не мое существование, а просто бытие.
Некоторые медитирующие останавливаются после дости¬жения космического тела, потому что наступает состояние «Я — Брахман», когда меня нет, есть только Брахман. Чего же еще искать? Что еще осталось не найденным? Ничего. Теперь достигнуто все. Брахман означает тотальное. Достигший этого уровня говорит: «Брахман — вот предельная истина; Брахман — космическая реальность. За его пределами нет ничего».
Остановка на этом уровне вполне вероятна, ищущие задер¬живаются здесь в течение миллионов жизней, потому что кажется, что впереди ничего нет. Достигший реализации Брах¬мана, остановится в этой точке и не пойдет дальше. Этот уровень преодолеть крайне трудно, потому что нечего преодо¬левать. Для перехода необходимо пространство, место. Если я хочу выйти из комнаты, нужно место, куда я мог бы отправиться. Но теперь комната стала такой огромной, бесконечной и безграничной, что некуда больше идти. Так куда же мы отпра¬вимся на поиски? Открывать больше нечего, все уже открыто. Поэтому путешествие может остановиться в этой точке на многие жизни.
Конечным препятствием становится Брахман — последней преградой в предельном стремлении ищущего. Теперь остается только существование, но не существование по-прежнему оста¬ется непонятым и непознанным. Существование познано, но не-бытие еще предстоит осознать. Седьмое тело — тело нирва¬ны, ему соответствует сахасрара-чакра. Относительно этой чакры ничего не может быть сказано. Мы можем говорить, в крайнем случае, вплоть до шестого уровня, да и то с великим трудом. Большинство наших высказываний окажутся неверны¬ми.
До пятого тела поиск ведется при помощи вполне научных методов; все поддается объяснению. На шестом уровне почва начинает уходить из-под ног; все кажется бессмысленным. Могут быть даны некоторые намеки, но, в конечном счете, указующий палец сдается, намеки исчезают, потому что устра¬няется сама сущность отдельного человека. Поэтому Брахман, абсолютная сущность, познается на шестом теле.
Ищущие Брахмана будут медитировать на аджна-чакру, находящуюся между бровями. Работающие полностью на этой чакре называют бесконечное расширение, которое они свиде-тельствуют, третьим глазом. При помощи третьего глаза они обозревают космическое, бесконечное.
И все же в путешествии остается еще один шаг — шаг в не-бытие, в не-существование. Существование — только поло¬вина дела, есть еще и не-существование. Есть свет, но с обратной стороны есть и тьма. Жизнь составляет одну часть, но есть еще и смерть. Поэтому необходимо познать еще и не-су¬ществование, пустоту, потому что предельной истины можно достичь, только познав обе стороны — бытие и не-бытие. Существование познано во всей полноте, и не-существование познано во всей полноте, только тогда процесс познания завер¬шен и полон. Только тогда мы знаем целое, иначе переживание, опыт остается незавершенным. И шестого тела недостаточно, так как на этом уровне невозможно познать не-бытие. Поэтому достигший реализации Брахмана отрицает не-существование и называет его иллюзией. Он говорит, что быть — это истина, а не быть — ложь. Такого просто не существует, поэтому не возникает и самого вопроса о не-бытии.
Уровень нирваны означает пустоту, вакуум, откуда мы из существований прыгаем в не-существование. В космической теле нечто остается непознанным — то, чего нет, то, что полностью стерто. Поэтому седьмой уровень в некотором смыс¬ле является конечной смертью. Нирвана, как я уже говорил ранее, означает угасание пламени. То, что было «я», — стерто, то, что было «есть», — исчезло. Но теперь мы вновь приходим в существование, становясь едиными с целым. Теперь мы и есть Брахман, но и это придется оставить. Готовый к последнему прыжку познал как существование, так и не-существование.
Таковы семь тел и семь чакр, внутри которых находятся как препятствия, так и средства их преодоления. Нет никаких внешних барьеров, следовательно, нет причин для беспокойства о внешнем. Если вам необходимо спросить кого-то или понять что-то, то не просите. Понимание — одно, попрошайничество — совсем иное. Поиск следует постоянно продолжать. Что бы вы ни услышали или ни поняли, пусть это становится вашим поиском. Не превращайте это в слепую веру, иначе вы станете попрошайкой, нищим.
Вы задаете мне вопрос, я даю ответ. Если вы пришли за милостыней, то спрячете полученное в сундук и станете хра¬нить, как сокровище. Тогда вы не медитирующий, а нищий. Но мой ответ должен стать вашим стремлением. Он должен уско¬рить ваш поиск, стимулировать и мотивировать ваше любопытство. Он должен ввести вас в еще более затруднительное положение, сделать вас более беспокойным, зародить в вас новый вопрос, новые измерения, чтобы вы начали новый виток поиска. Тогда вы не примете милостыню от меня, а поймете сказанное мной. И если это поможет вам понять самого себя, тогда это не попрошайничество.
Поэтому продолжайте познавать и понимать, продолжайте поиск. Вы не единственный ищущий в этом мире. Многие искали, многие достигли. Попытайтесь узнать и понять, но произошло с такими людьми, а чего с ними не произошло. Но в попытке понять это не прекращайте процесс понимания самого себя. Не думайте, что понимание других станет вашей реализа¬цией. Не доверяйте слепо переживаниям других. Подвергайте все вопросам и сомнению. Превратите их опыт в вопросы, а не
в ответы; только тогда ваше путешествие продолжится. Тогда это будет не вымаливанием милостыни, а вашим стремлением. Именно поиск приводит вас к предельному. По мере про-никновения внутрь себя вы обнаруживаете дуальность чакр. Одна сторона дается нам природой, вторую мы раскрываем сами. Гнев дается, прощение находят в процессе трансфор¬мации. Секс — врожденное качество, брахмачарью следует развить. Сны присущи нам, над видением приходится работать. Вплоть до четвертой чакры продолжается поиск противопо¬ложностей, с пятой чакры начинается поиск неразделимого, недуального. Попытайтесь продолжить искать отличное, от при¬шедшего к вам на пятом уровне. Когда придет блаженство, постарайтесь выяснить, что же находится за его пределами. На шестом уровне вы достигаете Брахмана, но продолжайте инте-ресоваться: «Что же находится за пределами Брахмана?» Тогда однажды вы вступите во владения седьмого тела, где бытие и не-бытие, свет и тьма, жизнь и смерть идут рука об руку. Это достижение предельного... средств описания и сообщения с этим планом просто нет.
Вот почему все наши писания заканчиваются на пятом теле, поднимаясь, самое большее, до шестого. Люди с научным складом ума не говорят о находящемся за пределами пятого уровня. Отсюда начинается космическая реальность, безгранич¬ная и бесконечная, но мистики, подобные суфиям, говорят о ней. Сделать это неимоверно трудно, потому что вновь и вновь приходится противоречить самому себе. Если вы до конца прочитаете написанное таким человеком, то скажете, что это бред сумасшедшего. Он говорит то одно, то другое. Он говорит: «Бог есть», но тут же утверждает: «Бога нет». Он утверждает: «Я видел Его» и тут же вздыхает: «Как можно увидеть Его? Он не предмет, который можно увидеть глазами!» Эти мистики ставят такие вопросы, что непонятно, спрашивают ли они других или самих себя.
С шестого тела начинается мистицизм. Знайте, что если в религии нет мистицизма, значит, она заканчивается на пятом уровне. Но и мистицизм не является конечной стадией. Пре¬дельным является пустота, ничто. Религии, останавливающиеся на мистицизме, останавливаются на шестом теле. Пустота предельна, нигилизм пределен, потому что после пустоты нечего сказать.
Поиск адвайты, недуальности, начинается на пятом уров¬не. Поиск противоположностей заканчивается на четвертом. Все препятствия находятся внутри нас, все они полезны, потому что любое трансформированное препятствие становится средством дальнейшего продвижения.
На дороге лежит камень. Пока вы не понимаете, он остается препятствием для вас. Как только вы поймете, камень превратится для вас в лестницу. Пока нет понимания, вы кричите: «На моем пути камень! Как же я могу идти дальше?» Как только приходит понимание, вы взбираетесь на камень и идете дальше со словами: «Ты стал благословением для меня, потому что, взобравшись на тебя, я очутился на более высоком уровне, на котором я и продолжу свой путь. Ты был средством, я же принимал тебя за преграду», — скажете вы. Дорога преграждена. Что случится? Преодолейте препятствие и узнай¬те. Точно так же преодолевается насилие; исследуйте его, и вы достигнете ненасилия, являющегося другим уровнем. Тогда вы поблагодарите секс и гнев за то, что они стали ступенями вашего развития.
Каждый камень на пути может стать как препятствием, так и посредником, проводником. Все зависит только от ваших поступков и вашего отношения. Определенно одно: не боритесь с камнем, иначе вы разобьете себе голову, и камень не сможет вам помочь. Если вы боретесь с камнем, он преградит вам дорогу, потому что там, где есть борьба, есть и остановка. Мы вынуждены остановиться возле предмета или человека, с кото¬рыми воюем, невозможно бороться на расстоянии. Вот почему борющийся с сексом человек столь же вовлечен в него, как человек, поглощенный сексом. Он даже ближе к сексу, потому что получающий сексуальное удовольствие однажды может выйти из секса, трансцендировать его. Но воюющий с сексом не может выйти; он продолжает бегать по кругу.
Борясь с гневом, вы сами начинаете гневаться. Вся ваша личность переполняется гневом, каждая клеточка вашего сущес¬тва вибрирует ему в такт. Вы будете излучать вокруг себя гнев. Многие пророки и аскеты, подобные Дурваге, были очень злыми, потому что они боролись с гневом; поэтому они не могли думать ни о чем, кроме проклятий. Персональность такого человека превращается в огонь. Эти люди воевали с камнями и теперь оказались в крайне затруднительном положении. Они стали тем, против чего боролись.
В рассказах описываются риши, к которым с небес спусти¬лись божественные девы и совратили их. Странно! Такое воз¬можно только в том случае, если человек борется против секса. Самим фактом борьбы он истощил себя. Тогда секс находится в безопасности на своем месте и только ждет случая, чтобы прорваться. Теперь секс может появиться из ниоткуда. Вероят¬ность, что апсара действительно спустится с небес, крайне мала — или святые девы подписали контракт по соблазнению аске¬тов? Если секс подавляется железной рукой, самая обычная женщина становится божественным созданием. Ум проецирует сны и мысли, полностью подчиняясь им. Тогда самые обычные вещи становятся поразительным событием.
Поэтому ищущий должен быть бдительным к тенденции борьбы. Следует приложить все силы к попытке понять, под этим подразумевается стремление понять, данное природой. Посредством данного от рождения достигается еще не достиг¬нутое. Это начальная точка. Если вы убегаете от находящегося в самом начале, достигнуть цели невозможно. Если вы в страхе убегаете от секса, как же вы сможете прийти к брахмачарье? Секс был данным природой открытием, через которое возможен выход на брахмачарью. Если ваш взгляд на вещи таков, то нет необходимости просить на стороне; требуется лишь понимание. Все сущее служит пониманию. Учитесь, у кого угодно, слушайте всех и, наконец, приходите к внутреннему пониманию.

Вы просветили нас по поводу семи тел. Не могли бы Вы назвать имена людей — древних или совре¬менных, — достигших тела нирваны, космического или духовного тел?

Не беспокойтесь об этом. Это абсолютно бессмысленно. Даже если я и назову их имена, вы не в состоянии проверить.
Избегайте сравнений, насколько возможно. Отбросьте подобные воззрения.

Принимают ли физическую форму достигшие пя¬того и последующих тел?

Да. Достигшие пятого или шестого тела до момента смерти физического тела рождаются в более высокой божествен¬ной реальности и живут на плане дэвов. Такой человек может оставаться на этом плане сколько угодно, но для достижения уровня нирваны ему придется вернуться к человеческой форме. После достижения пятого тела рождения в физическом теле не происходит, но есть и другие тела. То, что мы называем дэвами, или богами, лишь обозначает тип получаемого тела. Такой тип тела доступен только после достижения пятого уровня. После шестого тела мы приобретаем форму, называемую Ишвара, Высшее существо.
Но это все же тела. Какого типа — вопрос второстепенный. После достижения седьмого уровня тел не существует. После пятого тела становятся все призрачнее и утонченнее, пока не достигается состояние без тела и формы.

В предыдущей беседе Вы сказали, что предпочитаете, чтобы шактипат как можно ближе подходи¬ла к грэйс. Подразумевается ли под этим возмож¬ность постепенного прогресса и развития в процессе шактипат? Иначе говоря, есть ли подобие качествен¬ного прогресса шактипат?

Многое возможно. В реальности различие между шактипат и грэйс огромно. В основном, только грэйс полезна, проявляясь без проводника во всей своей чистоте, потому Что нет посредника, способного загрязнить божественную энергии. Когда я смотрю на вас, то образ самый чистый. Если же я надену очки, то изображение будет уже не столь чистым, так как между нами появился посредник. Существует множество видов посредников, как чистых, так и не слишком. Очки могут иметь тонированные стекла, отличаются они и по качеству линз.
Получая грэйс при посредничестве проводника, нечистоты восприятия избежать невозможно, она зависит от медиума. Если бы мы могли видеть без помощи глаз, это означало бы чис¬тейшее видение, потому что даже глаза являются посредником и вызывают искажения. У кого-то дальтонизм, у кого-то даль¬нозоркость или близорукость. Человек с плохим зрением найдет еще одного посредника в правильно подобранных очках, кото¬рые помогут ему лучше видеть. Теперь посредников уже два, но второй компенсирует недостатки первого.
Точно так же и нисходящая на человека посредством другого шактипат собирает по пути нечистоту и искаженность. Если искажения имеют противоположный эффект искажениям внутри ищущего, то они компенсируют друг друга. Тогда происходящее будет близко к грэйс. Но в каждом случае это решается отдельно.
Лично я отдаю предпочтение непосредственной грэйс. Не беспокойтесь по поводу проводника. Иногда в случае необходи¬мости проблески приходят через другого, но ищущему не стоит волноваться по этому поводу. Не просите, потому что тогда непременно появится дающий. Тогда чем невежественнее меди¬ум, тем более фальсифицирован получаемый эффект. Дающий должен быть не заинтересован и не сосредоточен на акте давания, тогда шактипат чиста. Но и тогда это не грэйс. Потребность получить грэйс непосредственно остается. Никто не должен стоять между вами и Богом; между вами и Божественным не должно быть никого. Не забывайте об этом. Таково ваше стремление и поиск. Многое произойдет за время путешес¬твия, но не останавливайтесь нигде: это все, что требуется от вас. И вы обязательно почувствуете разницу. Различия, как качественные, гак и количественные, не замедлят сказаться.
Шактипат может происходить через медиума, достигшего пятого уровня, но она не будет столь чиста, как шактипат, полученная через человека, стоящего на шестом уровне, потому что асмита в первом медиуме еще остается. «Я» уже умерло, но «есть» осталось. Это «есть» по-прежнему чувствует самодо¬вольство. В человеке шестого уровня «есть» исчезло; остался только Брахман. В таком случае шактипат более чиста. И все же некоторые иллюзии остаются, потому что состояние не-бытия еще не познано, хотя бытие уже достигнуто. Бытие является завесой, очень тонкой и невесомой, но все же завесой.
Шактипат от человека шестого плана лучше шактипат от человека пятого уровня; она более чиста и приближена к грэйс. Но как бы близка она ни была, расстояние так и остается расстоянием. И чем более бесценна вещь, тем больше даже малейшее расстояние удаляет ее от нас. Реальность грэйс столь бесценна, что даже тончайший покров бытия становится барь¬ером, препятствием.
Самой чистой будет шактипат посредством медиума, достигшего седьмого тела, — но и это еще не грэйс. Чистейшая форма шактипат нисходит через седьмое тело. В данном случае шактипат достигает предельной формы, потому что здесь нет никаких покровов: что касается медиума, — он един с пустотой. Но что касается вас, то здесь имеются барьеры. Вы будете продолжать считать такого медиума человеческим су¬ществом, ваша пелена станет конечным препятствием. Он един с пустотой, в нем нет ни единого барьера, но вы будете рассматривать его как индивидуальность.
Допустим, я достиг седьмого уровня; я знаю, что достиг пустоты, а как насчет вас? Вы будете считать меня личностью, человеком; именно отношение ко мне как к индивидуальности и станет конечным покровом. Вы сможете избавиться от подобной концепции только в том случае, если переживание придет посредством бесформенного. Иначе говоря, тогда вы не сможете выяснить, откуда и каким образом пришло переживание. Понятие индивидуальности отпадет, когда вы не сможете обнаружить источник. Переживание не должно иметь источника. Глядя на приходящие солнечные лучи, вы можете считать солнце лич¬ностью. Но если луч приходит из ниоткуда, если дождь падает, а на небе нет ни единого облачка, тогда отпадает последняя завеса, вызванная персонификацией.
По мере продолжения расстояние уменьшается, и конечное переживание грэйс происходит, когда между вами никто не стоит. Сама мысль о посреднике является достаточной преградой. Пока вас двое, препятствий предостаточно: вы здесь, а другой там. Даже если другой больше не существует, вы по-прежнему остаетесь, вследствие чего ощущается присутс¬твие другого. Грэйс, нисходящая из ниоткуда, без всякого источника, лучше всего. Ваша индивидуальность исчезнет, ког¬да грэйс придет из пустоты. Присутствие другого человека служит сохранению вашей индивидуальности, хотя он и работа¬ет на вас.
Отправляясь на берег моря или в лес, вы испытываете больший покой, потому что другой не присутствует там и ваше «я» остается твердым и сильным. Если в комнате присутствуют двое, то от них исходят волны и антиволны, хотя люди могут даже не разговаривать. Даже в молчании «я» каждого из них продолжает работу. Агрессия и защита разворачиваются в данной ситуации в полной мере, для этого нет необходимости в прямом противостоянии. Одно присутствие двоих наполняет комнату напряжением.
Если бы вы обладали полным знанием об излучении, исхо¬дящем от вас, то увидели бы, что комната, содержащая двоих, разделена на две половины и центром каждой из них стал один из двоих. Энергетические вибрации каждого из них противосто¬ят друг другу, как вражеские армии на поле боя. Присутствие другого укрепляет ваше «я». Когда другой уходит, ситуация в комнате моментально меняется. Вы расслабляетесь. Напряжен¬ное до предела «я» позволяет себе передышку. Теперь оно раскидывается на софе и дышит свободно, потому что больше нет другого. Поэтому назначение уединения состоит в том, чтобы расслабить ваше эго, позволить ему ослабить хватку. Именно по этой причине вам гораздо легче около дерева, чем в компании другого человека.
Вот почему в странах, где напряжение между людьми углубляется, растет тенденция обзаводиться животными. Гораз¬до легче жить с животным, чем с человеком, потому что животные лишены «я». Наденьте на собаку ошейник — и она с радостью побежит рядом с вами. Но, несмотря на все наши старания, невозможно надеть ошейник на человека. Жена при¬вязывает мужа, муж — жену, и оба счастливы, но эти ошейники призрачны, их невозможно увидеть. И все же оба пытаются стряхнуть ошейник и освободиться, в то время как собака радостно виляет хвостом. Ни один человек не может доставить нам такую радость, какую мы получаем от общения с животны¬ми, потому что другой человек моментально воздействует на ваше эго; здесь-то и начинаются все ваши проблемы.
Постепенно человек пытается разорвать все отношения с людьми и установить отношения с предметами, потому что справиться с ними гораздо легче. Поэтому количество вещей увеличивается день ото дня. В доме гораздо больше вещей, чем людей. Люди приносят с собой беспорядок и смятение; предметы же ничем не мешают. Стул остается на том месте, куда его поставили. Если я сяду на него, то проблем не возникнет. Присутствие деревьев, рек и гор не приносит хлопот, рядом с ними мы чувствуем себя спокойно. Причина же только одна: «Я» не стоит во всей силе перед нами, поэтому мы тоже ощущаем расслабление. Если поблизости нет другого, то нет необходимости и в «Я». Но хватит и малейшего намека на другого, чтобы «Я» моментально напряглось. Оно беспокоится о своей безопасности, ему не хватает информации о том, что может принести следующий момент, поэтому оно должно быть готово ко всему.
До самого последнего момента эго остается бдительным. Даже встречая человека, достигшего седьмого уровня сознания, наше эго остается на страже. Иногда оно исключительно осто¬рожно рядом с таким человеком. Мы не очень боимся обычного человека, потому что даже если он и ранит нас, то проникает не очень глубоко. Но человек, достигший пятого тела и выше, может проникнуть на такую же глубину и в нас. Поэтому ваш страх увеличивается, так как Бог знает, что он может сделать. Вас переполняет ощущение неизвестности, когда незнакомые силы смотрят на вас через него, поэтому вы настораживаетесь. Вы видите вокруг него бездну и становитесь бдительны. Вы начинаете переживать ощущение бездонной пропасти, вас охватывает страх и самому упасть в бездну.
Именно по этой причине мы убиваем таких людей, как Иисус, Кришна, Сократ: одно их присутствие вызывает смятение в наших рядах. Приближение к ним означает добровольное приближение к опасности. Когда они умирают, мы начинаем поклоняться им, потому что теперь страх исчез. Теперь мы можем отлить их изображения в бронзе и золоте, молитвенно сложить руки и называть их любимым Мастером. Но пока они живы, наше отношение совсем иное. Пока они живы, мы боимся их, и это страх перед неизвестным: вы не знаете, в чем, собственно, дело. Чем глубже человек идет внутрь себя, тем больше он кажется нам бездной. Точно так же человек боится смотреть в глубокое ущелье, потому что от этого у него кружится голова. Такой же страх возникает при взгляде в глаза такого человека: у нас начинает кружиться голова.
Вот красивая история о Моисее. После того как Моисей увидел Господа, он стал прикрывать свое лицо, потому что смотреть на него стало крайне опасно. Взглянувшие на него исчезали. Его глаза стали бездонной пропастью. Люди боя¬лись взгляда Моисея, поэтому он и прикрывал лицо. Его взгляд как магнитом притягивал к бездонной пропасти, притаившейся внутри. Людей парализовывал страх, потому что они не знали, куда может привести их этот взгляд и что может случиться потом.
Человек, достигший седьмого, и последнего, уровня, далек от вас, но вы пытаетесь защитить себя, и между вами сохраня¬ется преграда. Так что и в этом случае шактипат не может быть чистой. Она может быть неискаженной, если вы переста¬нете думать о таком человеке, как о личности, — но такое возможно только с потерей вашего «я». Достигнув состояния, лишенного присутствия эго, вы сможете получать шактипат со всех сторон, потому что тогда вопрос о получении ее от кого-то исчезает; шактипат превращается в грэйс.
Чем больше толпа, тем сильнее и концентрированнее ваше эго. Поэтому с давних пор практиковался уход от толпы, чтобы в одиночестве попытаться отбросить эго. Но человек — стран¬ное создание: находясь долгое время под деревом, он начинает разговаривать с ним и обращаться к нему на «ты». Оставаясь наедине с океаном, он проделывает то же самое. Наше «я» пускается на любые уловки, чтобы продлить себе жизнь. Оно создаст другого, куда бы вы ни отправились, и установит трогательные отношения даже с неодушевленными предметами и начнет относиться к ним как к индивидуумам.
Когда человек приближается к последней ступени, он дела¬ет Бога другим, чтобы сохранить свое «я». Поэтому поклоняющиеся, верующие говорят: «Разве можем мы быть едины с Богом? Он — это Он, а мы — это мы. Мы недостойны праха у Его ног, а Он — Бог». Но под таким высказыванием подразу¬мевается лишь одно: если вы хотите стать единым с Ним, вам придется утратить свое эго. Так что эти люди держат Господа на расстоянии и продолжают рационализировать. Они говорят: «Как мы можем быть едины с Ним? Он велик, Он Абсолют. Мы же — что черви земные, так о каком же единстве может идти речь?» Верующий говорит «Ты», чтобы спасти свое «я». Поэто¬му бхакта, любящий, никогда не поднимается выше четвертою уровня. Он не достигает даже пятого плана, он останавливается на четвертом. Вместо воображения к нему приходит видение, он открывает все возможности четвертого тела. В жизни верующе¬го происходит множество чудесных переживаний, но все равно бхакта остается на четвертом уровне.
Атма садхак — тот, кто ищет себя, хатха-йог, идущий через аскетизм, самое большее достигает пятого плана. Самым сокровенным желанием такого садхака является желание дос¬тичь блаженства, освобождения от страданий. За всеми таким желаниями стоит «я». Он говорит: «Я хочу освобождения» — не освобождения от «я», но свободы для «я». Он говорит: «Я хочу быть свободен, я хочу блаженства». Его «я» сгущено и кристал¬лизовано, поэтому такой человек может достичь только пятою уровня, но не больше.
Раджа-йоги достигают шестого уровня. Такой человек го¬ворит: «Что есть ценного в этом «я»? Я — ничто; есть только Он, а не я; Брахман — это все». Раджа-йог готов расстаться с эго, но только не со своим существованием. Он говорит: «Я останусь как часть Брахмана; я един с Ним. Я и есть Брахман. Я отпущу себя, но мое внутреннее существо останется раство¬ренным в Нем». Такой ищущий поднимается до шестого тела.
Медитирующий, подобный Будде, достигает седьмого уровня, потому что он готов отбросить все, даже Брахмана. Он готов потерять себя и утратить все. Он говорит: «Пусть останется то, что есть. С моей стороны нет желания оставить что-либо: я готов потерять все». Только когда человек готов утратить все, он достигает всего.
Тело нирваны достижимо, если мы готовы стать ничем. Тогда есть готовность познать даже смерть. Многие готовы познать жизнь. Поэтому стремящийся познать жизнь, остановит¬ся на шестом уровне. Но стремящийся познать и смерть, готов вступить в седьмое тело.

Почему медитирующий, достигший способности видения тончайших элементов на четвертом уровне — многие достигли этой способности, — не об¬ладает знаниями о Луне, Солнце, Земле, о законах их движения и развития, знанием, доступным ученым?»

В связи с этим необходимо кое в чем разобраться. Во-первых, многое было открыто именно людьми четвертого уровня. Например, и ученые, и люди, обладающие видением, почти одинаково определяют возраст Земли, к тому же нельзя навер¬няка утверждать, что правы именно ученые. Даже сами ученые не настаивают на своей непогрешимости.
Во-вторых, еще меньше отличается информация, получен¬ная от этих двух категорий, относительно формы и размеров Земли. Кроме того, необязательно, что в своих утверждениях ошибаются именно люди четвертого уровня. Форма Земли постоянно меняется. Расстояние между Солнцем и Землей уже не то, что в древние времена, такова ситуация и в отношении Земли и Луны. Африка находится не на том месте, где прежде; когда-то очень давно она соединялась с Индией. Произошло много изменений, многое продолжает меняться. Помня о пос¬тоянных изменениях, просто удивительно, что люди четвертого уровня давным-давно открыли многое из того, что только недавно стало доступно науке.
Следует понять, что между языком, на котором выражается человек четвертого уровня, и языком ученых существует огром¬ная разница, что приводит к трудностям в понимании. Человеку четвертого уровня не присущ язык математики. Он владеет языком видений, образов и символов. В видениях, как и во снах, нет языка. Если мы внимательно разберемся во всем, то узнаем, что если ночью во сне мы видим отражение происходившего за день, то выбираем в качестве посредника язык символов и знаков, так как во сне нет языка. Амбициозный человек видит себя во сне птицей, парящей высоко в небесах. Во сне невоз¬можно вербально высказать свою амбициозность, поэтому сред¬ство выражения подвергается полному изменению. Точно так и язык видения состоит не из слов, а из картин и образов.
Интерпретация снов получила развитие после Фрейда. Юнга и Адлера. Теперь мы можем узнать значение сна. Точно так же и сказанное человеком четвертого уровня все еще ждет своей интерпретации. Объяснение психических видений отлича¬ется от объяснений снов. Здесь необходимо знать смысл увиден¬ного в видении и того, о чем говорят люди четвертого уровня.
Дарвин, утверждавший, что человек произошел от живот¬ного, говорил языком ученого. Но если мы посмотрим на положение вещей через теорию инкарнаций индусов, то увидим, что это та же самая история, рассказанная тысячи лет назад, но только в форме символов. Первой инкарнацией был не человек, а рыба. Дарвин тоже говорит, что первой формой человека была рыба. Когда мы говорим, что первой инкарнацией была матсья аватар — рыба, то это язык символов. Это не научное выражение: инкарнация и рыба! Мы отрицаем подобное выра¬жение. Но когда Дарвин говорит, что первый элемент жизни появился в форме рыбы, за которым последовали другие формы, мы охотно соглашаемся, потому что нам это кажется вполне разумным. Метод и поиск Дарвина строго научны.
Имеющие видения увидели, что божественное начало роди¬лось в виде рыбы. Видящие выражаются символическим языком. Второй инкарнацией была черепаха. Это создание принадлежит как воде, так и земле. Вполне очевидно, что переход жизни и воды на сушу не мог произойти внезапно. Необходимо проме¬жуточное состояние. Поэтому, каким бы ни было следующее творение, оно должно принадлежать двум стихиям — воде и земле. Затем постепенно потомки черепахи перебрались на сушу, тогда и произошло разделение жизни.
Прочитав историю индусских инкарнаций, вы удивитесь, заметив, что мы давным-давно открыли то, что Дарвин открыл на тысячи лет позже, к тому же мы не нарушили хронологию событий. Конечной метаморфозе предшествовал получеловек-полуживотное — нарсинх аватара. В конце концов, животные не могли одним прыжком превратиться в человека; они тоже прошли через промежуточные стадии. Невозможно, чтобы жи¬вотное дало жизнь человеческому существу. Между животным и человеком недостает связующего звена, которым вполне мог быть нарсинх — получеловек-полуживотное.
Если мы поймем эти истории, то станет вполне очевидно, что сказанное Дарвином языком науки люди четвертого уровня рассказали задолго до него языком Пуран. Но индуистские мифы до сих пор ждут своего объяснения. Причина этого в том, что Пураны попали в руки невежественных, безграмотных людей, а не в руки ученых. Еще одна трудность кроется в том, что мы утратили ключ расшифровки кода Пуран. У нас нет кода для расшифровки, отсюда и все трудности.
Теперь ученые говорят, что человеку осталось жить на земле самое большее еще четыре миллиона лет. Пураны же указывают срок в пять миллионов лет, говоря, что этот мир не просуществует дольше. Наука изъясняется на ином языке. Она утверждает, что Солнце остывает, его тепло уменьшается и через четыре миллиона лет оно остынет. Вместе с этим исчезнет и жизнь на Земле.
Пураны говорят другим языком. И если в Пуранах указы¬вается иное время, то еще не ясно, кто же окажется прав. Вполне возможно, что это произойдет через пять миллионов лет — и я верю именно этой цифре, потому что ученые частенько ошибаются в своих расчетах, видения же — никогда. К тому же наука совершенствуется день ото дня. Сегодня она говорит одно, завтра совершенно другое. Ньютон сказал одно. Эйн¬штейн — другое.
Каждые пять лет, наука меняет свои теории, поскольку приходит к лучшим решениям. Невозможно сказать сейчас, будет ли предельное научное знание отличаться от видения четвертого плана. И если данные не совпадают, не следует делать поспешных выводов. Жизнь настолько полна и мудра, что только ненаучный ум прибегает к поспешным решениям. Если просмотреть научные исследования, сделанные за послед¬ние сто лет, то мы увидим, что открытия столетней давности
напоминают Пураны: никто больше не верит им, потому что с течением времени произошло множество иных открытий.
Код, открывающий истину Пуран, утерян. Например, если разразится третья мировая война, то в первую очередь уничто¬жению подвергнутся все образованные, цивилизованные люди. Странно, что останутся только необразованные и некультурные люди. Война не затронет некоторые примитивные племена, живущие в отдаленных уголках земли. Ни один житель Бомбея или Нью-Йорка не останется в живых. Во время мировой войны всегда уничтожаются лучшие сообщества, потому что именно против них ведется атака. Однако аборигены могут и выжить. Один из них расскажет своему сыну о самолетах в небе, но не сможет дать объяснений. Он видел, как они летали, это правда, но он не сможет объяснить, как они построены и по какому принципу летают, так как у него нет кода. Код был у людей из Бомбея, но теперь они уже все умерли.
Несколько поколений дети могут верить старшим, но затем они засомневаются и спросят: «Ты видел их?» И старшие ответят: «Так нам рассказывали отцы, а им, в свою очередь, рассказывали их отцы — в небе летали самолеты. Затем началась большая война и все уничтожила». Дети не успокоят¬ся, прося показать им самолет или какие-то следы. А через две тысячи лет дети скажут: «Это только воображение наших предков. Никто и никогда не летал по небу».
Подобное уже происходило. В Индии знание, полученное посредством психики, было уничтожено во времена Махабхараты. Сейчас это стало только поэмой. Сейчас мы сомневаемся по поводу того, что Рама мог прилететь на аэроплане из Шри-Лан¬ки. Мы сомневаемся, как можно поверить в существование аэроплана, если с тех времен не осталось даже велосипеда? К тому же о нем не упоминается ни в одной книге. Все знание, существовавшее до Махабхараты, было уничтожено во время войны. Сохранилось только то, что запечатлела память. Отсюда берут свои названия древние отрасли знания: смрити — тради¬ционное запоминание, а потом уже записывание и шрути — традиционное слушание и позднейшее записывание. Это собра¬ние знаний, которые запоминались и пересказывались; эти факты не являются проверенными и доказанными. Один рассказал другому, тот третьему, все это мы собрали и сохранили в форме писаний. Но теперь мы не можем привести доказатель¬ства их истинности.
Не забывайте и того, что интеллигенция составляет мало¬численную прослойку общества. После смерти Эйнштейна труд¬но найти человека, способного объяснить его теорию относи-тельности. Он сам говорил, что его теорию понимают человек десять-двенадцать. Если эти двенадцать умрут, останутся толь¬ко книги по теории относительности, но ни единого человека, понимающего саму теорию. Точно так же и Махабхарата уничтожила всех продвинутых людей того времени. Тогда все, что осталось, превратилось в рассказы. В наше время, однако, предпринимаются попытки проверить истинность событий дав¬них дней, но мы, индийцы, ничего сами не делаем в данном направлении.
Недавно было обнаружено место, возраст которого опреде¬ляется в четыре-пять тысяч лет, оно, по всей видимости, служило в качестве аэропорта. Других подходящих объяснений для его существования просто нет. Были обнаружены конс¬трукции, соорудить которые без помощи машин невозможно. Камни, составляющие пирамиды, не смогут поднять даже сов¬ременные краны. Но эти камни были подняты людьми. Сам собой напрашивается следующий вывод: либо в распоряжении древних были машины, либо они пользовались четвертым телом.
Вы можете попробовать провести следующий эксперимент. Пусть один из вас ляжет на землю. Еще четверо пусть встанут вокруг него. Двое просунут пальцы под колени лежащего, каждый со своей стороны, а двое подставят пальцы под плечи. Но только по одному пальцу. Затем они должны твердо решить приподнять человека при помощи одного пальца. В течение пяти минут следует делать глубокий вдох и выдох, затем задержать дыхание и поднять лежащего. Опыт удастся. Глыбы пирамид были подняты либо при помощи гигантских кранов, либо некоей психической силой. Вполне возможно, что древние египтяне использовали некоторые из таких методов; другого способа нет. Камни подняты; этот факт отрицать просто невозможно.
Следует отметить, что психическая сила обладает беско¬нечными измерениями. Вовсе не обязательно, что достигший четвертого уровня развития человек должен обладать знаниями о Луне и строении Вселенной. Возможно, его не интересуют подобные вопросы. Такие люди интересовались иными пробле¬мами — более ценными с их точки зрения — и вели поиск в этом направлении. Например, они хотели выяснить, существуют ли в действительности духи или нет — и они узнали. Теперь и наука признает факт существования духов. Достигшие четвер¬того уровня интересовались, каким образом и куда отправляют¬ся люди после смерти.
Люди четвертого уровня сознания не интересуются миром материи. Их не волнует проблема вычисления диаметра земли. Считать их заинтересованными подобными вещами — все равно, что уподобиться детям, заявляющим взрослому: «Мы не считаем тебя мудрым, потому что ты не знаешь, как сделана кукла. Соседский мальчишка знает об этом все. Он «всезнающ» В некотором смысле они правы, потому что их интересует внут¬реннее содержание куклы, в то время как взрослых эта пробле¬ма оставляет равнодушными.
Исследования человека четвертого уровня имеют другое измерение. Он хочет познать иное. Его интересует посмертное путешествие души: куда человек отправляется после смерти, какие испытания он проходит, каковы принципы посмертного состояния, как он рождается вновь и можно ли предсказать заранее время и место нового рождения. Такого человека не интересуют путешествия на Луну. Он стремится понять прос¬ветление человечества, потому что только это исполнено для него смыслом. Такого человека всегда волновала проблема того, как атман входит в утробу во время зачатия ребенка, можно ли помочь атману выбрать наиболее подходящую мать и сколько времени требуется атману, чтобы проникнуть в заро¬дыш.
Есть такое свидетельство древних: Тибетская Книга Мер¬твых. Все достигшие четвертого уровня сознания работали над единственной проблемой: каким образом лучше всего помочь человеку после смерти. Предположим, вы умерли: я люблю вас, но ничем не могу помочь. Но в Тибете все подготовлено для помощи и поддержки человека в посмертном путешествии. Науке еще потребуется время на раскрытие этих тайн, но такое время обязательно наступит. К тому же тибетцы отыскали способы и средства проверки истинности подобных пережива¬ний.
Когда умирает тибетский Далай-Лама, он заранее сообща¬ет, где родится в следующий раз, и по каким признакам его можно будет узнать. После смерти Ламы поиск начинается по всей стране. Ребенок, раскрывший тайну оставленного символа, считается инкарнацией умершего Далай-Ламы, потому что только тому известен секрет. Так был найден и ныне здравству¬ющий Далай-Лама. В каждом селении провозглашалось симво¬лическое послание, смысл которого мог объяснить только нас¬тоящий Далай-Лама, так как только ему был известен код. Ребенок, давший правильные пояснения, считается тем, в кого вселилась душа предыдущего духовного правителя Тибета.
Итак, человека четвертого уровня волнуют совершенно иные проблемы. Вселенная бесконечна, как бесконечны ее тайны и секреты. Не думайте, будто современная наука открыла все, что может быть открыто. Появятся тысячи новых отраслей науки, так как существуют тысячи направлений и измерений. И когда разовьются новые науки, люди назовут наше поколение ненаучным, поскольку мы не будем знать того, что стало известно им. Но нам не следует считать древних неграмотными, ненаучными людьми на том лишь основании, что их интересы были сосредоточены в иной области.
Резонно спросить, почему люди четвертого уровня не наш¬ли способов излечения множества болезней, которые теперь известны науке? Но вас поразит количество травяных снадобий, упоминаемых в Аюрведе. Как могли древние без помощи лабо¬раторного оборудования отыскать необходимые средства для излечения всех известных болезней? Вполне очевидно, что они использовали возможности четвертого тела.
Широко известна история о Ваидья Лакмане, который подходил к растениям и спрашивал, как и против каких недугов их можно употреблять. Современному миру эта история пока¬жется бессмысленной. Нелогично ожидать, что цветок может заговорить. Остается фактом и то, что еще полвека назад считалось, будто цветок — создание, лишенное жизни. Но сейчас наука признает наличие жизни у растений. Тридцать лет назад мы не могли поверить, что цветы тоже дышат, а сегодня признаем этот факт. Пятнадцать лет назад мы не допускали и мысли, что растения могут чувствовать, но сейчас это уже доказано. Когда вы подходите к цветку в дурном расположении духа, его психическое состояние меняется; если приближаетесь с любовью, состояние цветка меняется вновь. Поэтому вполне возможно, что еще через полвека будет обнаружено, что расте-ния могут говорить, — но это произойдет постепенно.
Однако Лакман доказал это много лет назад. Правда, его способ беседовать, отличен от нашего. Единение с растением является качеством четвертого тела. Только тогда цветам можно задавать вопросы и получать ответы. Лично я верю в истинность этой истории, потому что нигде не упоминается о достаточно большой и хорошо оборудованной лаборатории, где Лакман мог бы проводить опыты на миллионах видов растений, применение которых он ввел в обиход. Это просто невозможно. Ведь при научном подходе требуется целая жизнь, чтобы раскрыть тайны хотя бы одного растения, в то время как этот человек беседовал с бесконечным количеством трав и цветов. Современная наука признает полезность многих предложенных Лакманом трав, им до сих пор пользуются. Все изыскания древности являют собой исследования, проводившиеся на четвертом уровне.
Сейчас излечиваются тысячи болезней, что по сути своей является ненаучным подходом. Человек четвертого уровня скажет: «Болезней вообще нет. Почему же вы лечите их?» Теперь и наука приходит к такому же выводу, аллопатия уже использует новые методы лечения. Некоторые больницы Америки работают по новой методике. Предположим, десять человек страдают от одного и того же недуга. Пятерым без их ведома, делают инъекции физраствора, а еще пятерым дают традиционное лекарство. Исследования показали, что пациенты каждой группы реагировали на лечение одинаково. Это доказывает, что пациенты, которым вводили физраствор, не больны по-настоящему, то была лишь иллюзия болезни. Если бы им давали лекарства, это привело бы к отравлению организма, а следовательно, к противоположным результатам. Они вовсе не нужда¬лись в лечении.
Многие болезни развились вследствие ненужного лечения, и теперь их действительно очень трудно излечить. Если у вас нет настоящей болезни — только фантом, — соответствующее лекарство все равно действует определенным образом, хотя предрасположенности к болезни в вашем организме нет. Сна¬добье превращается в яд, от которого вам вновь приходится лечиться. Иллюзорная хворь отступит, давая место настоящей болезни. Научно доказано — девяносто процентов всех болез¬ней имеют психосоматический характер. Пятьдесят лет назад наука отказывалась верить этому факту, но в наши дни алло¬патия признает цифру в пятьдесят процентов. Позже будут признаны и остальные сорок процентов, потому что такова реальность.
В наши дни никто не может определить все известное человеку четвертого уровня; никому не под силу интерпретиро¬вать его знания. Нет тех, кто мог бы перевести эти знания на язык современной науки; и в этом единственная трудность. Как только это произойдет, исчезнут все трудности. Но язык симво¬лов отличен от привычного нам языка.
Наука говорит, что солнечный луч, преломляясь через призму, распадается на семь частей спектра, образуя, таким образом, семь основных цветов. Веды свидетельствуют: «У Бога Солнца семь разномастных коней». Это язык символов. «У Бога Солнца семь разномастных коней, и Он ездит на них» — означает, что солнечный луч распадается на семь составных частей. Первое высказывание есть символ, второе — научное утверждение. Когда-нибудь мы поймем язык метафор, как теперь понимаем язык науки. Сделать это не так уж трудно.
Люди с парапсихическими способностями гораздо раньше делают предсказания, к пониманию которых наука приходит гораздо позже. Но к этому времени язык предсказаний превра¬щается в символы. Только когда наука доказывает те же самые факты, открытия древних переводятся на современный язык. До этого момента языка не существует. Вы удивитесь, узнав, что наука — недавнее образование, а язык и математика появились гораздо раньше. Какой статистикой могли пользоваться открывшие язык и математику? Какие средства измерения применя¬лись? Как узнали, что Земля совершает полный оборот вокруг Солнца за год? Именно один оборот Земли вокруг Солнца и был принят за год. Это очень древнее открытие, сделанное задолго до появления науки; то же можно сказать и о количестве дней в году. Древние не имели под рукой научных приспособлений, поэтому единственным альтернативным ответом является психическое видение.
Недавно был обнародован очень странный факт. Один человек из Аравии располагает картой мира, возраст которой определяется в семьсот лет. Карта отвечает данным топографи¬ческой аэросъемки земного шара, сделать которую с поверхнос¬ти Земли просто невозможно. Есть только два решения: либо семьсот лет назад люди летали на самолетах — что невероятно, — либо некто поднялся в воздух в четвертом теле, а затем запечатлел увиденное на карте. Одно определенно: в те времена самолетов не было и в помине. Но эта карта составлена семь столетий назад. Что бы это значило?
Нас повергнет в шок изучение трудов Чарака и Сушрага — древних мастеров науки о травах, — еще тогда они подробно описали строение человеческого тела, к знанию которого наука пришла после нескончаемой череды вскрытий. Для древних могло быть только два средства познания. Либо хирургия того времени была столь утонченной, что не осталось ни единого свидетельства применения методов оперативного вмешатель¬ства, — не найдено ни единого хирургического инструмента, ни единого трактата по этой тематике. Но зато имеются описания мельчайших областей организма, к знанию которых наука приходит только сейчас, а существование некоторых из них отрицала еще двадцать пять лет назад. Но все это было описано еще древними врачами. Есть и еще одна возможность познания: человек в состоянии психического видения проник в тело и увидел все его составляющие.
Сейчас всем известно, что рентгеновские лучи проникают в человеческое тело. Еще столетие назад невозможно было представить себе снимок любой части скелета, но теперь это общепризнанный факт. Однако глаз человека, достигшего чет¬вертого уровня, проникает глубже рентгеновских лучей, составляя более полную картину, чем при анатомическом вскрытии. Хирургия развилась на Западе, потому что там хоронили умерших. В странах, где тела кремируют, такое просто невозможно. Еще в средние века анатомические иссле¬дования велись тайком. Существовал даже целый воровской промысел: тела покойников выкапывали из могил и продавали врачам для изучения и проведения исследований.
Обычай кремации тоже был предложен людьми, достигшими психического уровня. Они считали, что душе очень трудно вновь воплотиться, если тело предыдущего воплощения еще присутс¬твует. Тогда душа бродит вокруг старого тела. При кремации душе легче избавиться от препятствия — если душа видит, что тело превратилось в пепел, вполне возможно, что в следующем воплощении она осознает уничтожимость того, что считала неотъемлемо своим.
В Индии практиковали кремацию, следовательно, здесь не было возможности для развития хирургии. На Западе воры разрывали могилы и продавали трупы ученым. Иногда дело доходило до суда и даже преследований инквизицией, потому что воровство и расчленение трупов считалось преступлением.
Знание, полученное учеными путем многочисленных вскры¬тий, содержится в книгах, возраст которых определяется, тремя тысячелетиями. Это доказывает наличие иного метода без про-ведения научных экспериментов.

!